Евгения ТОРЛОПОВА: «Театр – моя судьба»
Главная /  Информация /  Публикации /  Евгения ТОРЛОПОВА: «Театр – моя судьба»
Евгения ТОРЛОПОВА: «Театр – моя судьба»

Артистичная личность живет во многих из нас, ей лишь нужно дать возможность вырваться наружу, как это в свое время сделала прекрасная актриса русского театра драмы им. Н. Погодина Евгения ТОРЛОПОВА. С самых юных лет в ее жизни творчеству выделена отдельная полочка, на которой место есть и танцам, и вокалу, рядышком примостилась игра на пианино, а на почетном месте – сценическое мастерство. Нет в мире искусства практически ничего, что было бы неподвластно героине нашей публикации. Ее умелым рукам знакомо даже вышивание. Иметь в своей копилке столько талантов наверняка хотелось бы каждому, тем более в таком молодом возрасте. К слову, Евгении в минувший вторник исполнилось всего лишь тридцать лет. Эту значимую дату она рада отметить с читателями «ДВ» и поделиться с ними своей историей жизни, полной ярких красок и светлых впечатлений.

В Петропавловске Евгения Торлопова живет всего четвертый год, столько же играет на сцене погодинского театра драмы, а за ее плечами уже десятки довольно серьезных ролей. Между прочим, несерьезных ролей не бывает. Кроме того, нет в актерской среде места везению, есть лишь талант, которым Евгения, могу сказать с уверенностью, обладает. Его признают даже опытные артисты и режиссеры. А такую оценку от людей искусства нужно еще заслужить. Всего же театру девушка посвятила без полугода десять лет, и не было еще момента, когда бы в ее сознании промелькнула сомнительная мысль, был ли выбор профессии правильным. Безусловно. Сегодня Евгения на верном пути, идет по своей дорожке, вымощенной желтыми кирпичиками, на которую ступила, еще проживая в России, откуда, кстати, она родом.
Родилась актриса тридцать лет назад в одной из якутских деревушек – в поселке Беркакит, что близ города Нерюнгри, в семье железнодорожников. Самый воздух в родительском доме, как призналась девушка, был пропитан творчеством, несмотря на то, что трудовая деятельность отца – проводника пассажирских вагонов и матери – диспетчера железнодорожной станции была далека от искусства. Однако ему в семье Гончаренко (девичья фамилия артистки) уделялось немалое внимание. Можно сказать, в творческой среде девушка росла с раннего возраста. К слову, с разговора о детстве и детских увлечениях и началась наша с Евгенией Торлоповой беседа.

- Честно говоря, папа отношения к культуре не имеет, а вот мама всегда была ближе к искусству. Она прекрасно поет от природы. Все мое детство, вся моя жизнь – это поющая мама. Она даже работала заведующей Домом культуры, когда еще жила в Казахстане, причем на такую должность ее назначили в довольно молодом возрасте. Маму можно назвать душой компании, я не такая, но, видимо, любовь к искусству переняла у нее, - призналась моя собеседница. – Совсем маленькой я устраивала концерты: пела, надевала огромный бабушкин фартук и что-то танцевала, подражая балеринам, играла на книжной полке, будто на пианино. Потом все это пришло в мою жизнь: десять лет занималась хореографией, окончила музыкальную школу, где, помимо вокала, училась играть на пианино. Даже не знаю, как все успевала. Вообще детство было активным.

Говоря о хореографии, хочется отметить, что в основном это был народный танец. Причем разных народов: русский, украинский, молдавский, белорусский и др. Конечно, затрагивали вальс, ведь танцевать вальс должны уметь все. Немножко занимались с ребятами и современными танцами, но уже самостоятельно, потому что возраст был такой – старшеклассники, мы хотели быть как «Тодес». Сами находили музыку, придумывали движения, и преподаватель помогала.

А заниматься на пианино захотелось достаточно рано, но музыкальная школа находилась далеко, поэтому сначала мама меня не пустила. Представьте, по лютому морозу в Якутии пройти пару километров, чтобы поиграть! А уже когда переходила в пятый класс, я сама, как до сих пор говорит мама, пошла и поступила в музыкальную школу. Узнала, что идет набор. Мне сказали, чтобы приходила на следующий день, с собой принесла рисунок, и меня прослушают. Так сильно хотелось научиться играть на пианино. Но оказалось, что это не мое – каждый день часами играть одно и то же. А я достаточно неусидчивый человек: минут двадцать посидела, и хочется заняться чем-то другим. Поэтому мама ставила мне часы, мол, от сих до сих играешь, и я сижу, играю одно и то же. Рутина меня убивает, мне нужно движение, наверное, поэтому танцы мне и нравятся. В какой-то момент даже порывалась бросить музыкальную школу, но мама запретила, а через время и сама предлагала, но я решила: «Уже нужно завершить это дело. Пять лет потратила, осталось два, уже дохожу». В один год я заканчивала и обычную школу, и музыкальную (к слову, без «троек», в основном на «четверки»). Не скажу, что это было тяжело, но все-таки съедало какое-то время, которое хотелось провести с друзьями. Зато теперь очень помогает в работе: я пою, разбираюсь в нотах, могу сама себе помочь, если в этот момент рядом нет специалиста.
- А как вы попали в мир театрального искусства?
- После окончания школы необходимо было выбрать дальнейшую профессию. Тогда мне было всего шестнадцать лет. Из маленького поселка я уехала в большой город Хабаровск, решила поступать в Хабаровский государственный институт искусства и культуры на специальность «Артист драматического театра и кино».

Помню, был момент на первом курсе, когда я не понимала, что вообще происходит, ведь в основном я занималась хореографией. А в любительском театре прозанималась буквально год до поступления. Пытались ставить сказку, и я особо не погрузилась в эту атмосферу, а тут все с азов: нужно делать этюды, придумывать что-то новое. Первый год было очень тяжело, хотелось бросить и поступить заново, но уже на хореографическое отделение. В первом семестре даже получила «трояк» по актерскому мастерству. А во втором полугодии мне стало уже проще. Я была достаточно закрытым человеком, а в тот момент поняла, что нужно что-то в себе менять. Как сказала одна из моих однокурсниц, зачем просто танцевать или петь, когда в театре можно делать все! Я задумалась, поняла, что это действительно так, и начала работать над собой, больше общаться с людьми, психологически настраивать себя. В итоге вторую сессию закрыла на все «пятерки». Произошел резкий скачок. Постепенно мне все это стало больше нравиться, появились роли, которые уже хотелось сыграть.
Летом будет десять лет, как я окончила институт, и я все больше убеждаюсь в том, что нам дали очень хорошую школу. Общаясь с актерами, которые тоже учились в России, я понимаю, что она ничуть не хуже, а даже в каких-то моментах – лучше, качественнее и глубже.
- Когда началась серьезная актерская деятельность?

- Во время учебы ставили учебные спектакли, но в тот момент из-за того, что я была немного полненькой, многие роли были мне недоступны. Вроде как героиня должна быть худенькой, а я была характерной, роли перепадали небольшие. Дипломные спектакли, если можно так сказать, и стали первыми серьезными.

А окончив институт, устроилась в Хабаровский краевой театр кукол. Там, конечно, работы было много. Театр кукол вообще специфический: часто зритель приходит и даже не видит актеров – «черный кабинет» что называется. В поле зрения только куклы. А бывает, что одну куклу ведут сразу десять человек. В общем, получилось так, что мой дебют уже в профессиональном театре случился в день моего рождения. Меня ввели на небольшую роль, в основном я делала те вещи, которые зритель не видит, скажем так, чудеса: вырастали цветочки, таял снег, падали листики. Также водила одну из куколок аистов (спектакль назывался «Аистенок и пугало»), плюс у меня было две фразы. Конечно, я очень волновалась, нужно было много чего успеть, причем в полной темноте: я играла на металлофоне, озвучивала снег крахмалом, звонила в колокольчик, то есть ползала по всей сцене, успевая везде. Помню этот день, бережно храню в памяти. Здорово было еще и от ощущения того, что сегодня День рождения, и мама приехала в гости.
- А как вы оказались в Петропавловске, а позже и в погодинском театре?
- Просто в какой-то момент захотелось уехать из Хабаровска и тогда я не нашла города в России, куда бы хотела переехать. Выбор пал на Петропавловск, потому что для меня это достаточно родной город. В том плане, что не в самом городе, а в районе жили мои родители, бабушки, дедушки, я постоянно сюда приезжала – один-два раза в год, например, на каникулы или в отпуск, и было ощущение, что приехала домой. Город красивый, уютный, чистенький. Я всегда его любила.

К слову, когда переехала в Петропавловск, я почему-то вбила себе в голову, что в театр работать не пойду. Ни в театр кукол, ни драмы. Помню, ходила устраиваться на работу в ОКЦ, меня вроде как приняли, но, пока я делала вид на жительство, ставок не осталось. Ходила, переживала, а потом узнала через знакомых, что есть такой вокально-хореографический ансамбль «Звонница-Наследие». Позвонила руководителю. Сначала меня не взяли, так как у них не было места для девочки.

В итоге я, помыкавшись, решила, что пойду в театр – судьба. Но в театр кукол не пошла, пришла к началу сезона в театр драмы. Устроили прослушивание. Я, конечно, была удивлена: у меня высшее образование, почти шесть лет работы, а тут двое мальчиков, которые только-только заканчивают учиться, их прослушивают и меня! (Смеется). Ладно, я прочитала кусок рассказа, нас посмотрели. И меня взяли. С 1 сентября 2014 года работаю здесь. А через две недели мне позвонил руководитель ансамбля и сказал: «Приходи. Нужна девочка». Я сказала, что уже работаю в театре, репетиции в одно и то же время. На что он мне ответил: «Давай посмотрим, попробуем». Ну, хорошо, я стала ездить туда на репетиции, ходить сюда на работу. И когда прошел первый год, я просто села и подумала, как я умудрилась совмещать две работы. Значит, как говорится, так должно было случиться.

- Четвертый год вы работаете в погодинском театре драмы. Сколько ролей сумели покорить за это время?
- Первый год были незначительные вводы, иногда заменяла других актрис. Насколько помню, первой стала небольшая роль в спектакле «Квадратура круга». Помимо основных действующих лиц, была там агитбригада, я в ее составе. В перерывах между сцен мы выходили на сцену и читали стихи по-маяковски.

В первый год также сыграла в детской сказке «Чемоданное настроение» Фёклу Чемоданову. Было тяжело, потому что застольный период прошел, весной пьесу разобрали, а я пришла осенью, когда уже начали репетировать, и не могла понять некоторых моментов. Хотя многие актеры говорили: «Ты так классно играешь, по-другому!». Теперь, кстати, я играю здесь другую роль – девочку Соню. Стало понятнее и легче.

В новогодний период играли сказку «Как стать Снегурочкой». Я играла внучку Бабы Яги, которая собственно и хочет стать Снегурочкой. Такая капризная девчонка, этот персонаж очень близок мне. Можно сказать, я играла саму себя, какой была в детстве.
Еще в первый год был поставлен спектакль «Мона», бенефис Ирины Пашкиной. Я в нем играла небольшую роль – школьницу. Мне очень нравилось, наверное, потому, что это первый спектакль, не в который меня ввели, а который ставился со мной.
Половину второго сезона находилась в декрете. Кстати, несмотря на то, что работаю здесь четвертый год, я успела сходить в декрет, родить сына и обратно выйти работать. Играла тогда, пока могла, естественно, в премьеры меня не брали.
После декрета была «Ночь перед Рождеством». Я собственно должна была играть Оксану, но в процессе читки плавно переместилась на Солоху. Конечно, Солоху каждая актриса мечтает сыграть, но я считаю, что мне рановато. Может быть, не совсем справилась с ролью. Люди разное говорят, мол, все супер или что-то не так, а мое личное мнение – не додала возраста. Мы ведь с ребятами, которые играют Оксану и Вакулу, практически одного возраста.

Затем ставили «Укрощение строптивой», где мы с девчонками играем горожан, бегаем, танцуем.
А на Новый год ставили «Снежную королеву», там я играю Ворону. Изначально роль не понравилась, возможно, не увидела в ней чего-то цепляющего. Но режиссер все-таки смог донести до меня то, что он увидел в этой роли, я это наконец-то поняла, приняла, теперь с удовольствие играю ее, Ворона у меня немножко «с прибабахом». К слову, я была в шоке, когда мы сдавали спектакль на генеральной репетиции. На самом деле я всегда собой не довольна, всегда найду, где недоработала, просто внутреннее ощущение, что не выложилась. А тут актеры постарше подходили, хвалили, поздравляли меня: «Женечка, просто главная роль! Молодец!». Я смотрела на них удивленно.
Весной мы ставили «Полианну». Здесь играю тетю. По тексту говорится, что она старуха. Поэтому опять же была сложность в том плане, что актриса, играющая Полианну, и я – одногодки. В принципе, спектакль очень хороший, затрагивает важные темы. Не скажу, что я люблю эту роль, но, с другой стороны, как говорят, нужно сделать то, что страшно, выйти за рамки комфорта.

После «Полианны» был «Джут», где я играю аруаха – духа. Скажем так, это массовка, но мы очень много делаем, много работы с реквизитом: я, допустим, бью в огромный бубен из кожи, с ним еще и танцую, нужно собраться физически, эмоционально. Роль для меня полезна в плане освоения культуры страны, в которой я теперь живу. Кроме того, все это так необычно: герои нас не видят, мы несем смысл смерти. Сама пьеса за душу берет, мы, конечно, наплакались на читках, в первое время называли ее не «джут», а «жуть».
А следующий спектакль – «Щелкунчик», где я буду играть мышиную королеву Мышильду в паре с Ириной Пашкиной. Пока репетируем.
- Видно, что вы с головой в работе. А что для вас значит театр, помимо этого, возможно, в духовном плане?

- Театр – это волшебный мир. Это еще и кафедра, как сказал Николай Васильевич Гоголь, с которой можно много сказать миру добра. Действительно, в любой даже самой дурацкой комедии должен быть смысл, чтобы зритель задумался. Конечно, сегодня всё сложнее добиться катарсиса или удивить. Однако мне и самой нравится, когда после спектакля из театра выходишь другим человеком. Тогда можно сказать, что мы, актеры, - молодцы, наша работа состоялась, ведь мы воспитываем души.

Ерлан ОРАЗОВ,
газета «Добрый вечер»